суббота, 16 января 2016 г.

Сергей Жатков и пост-фотография. Ч.1













Пост-фотография означает нечто, что все-таки есть фотография, но начинается после того, как завершается собственно фотографический процесс. Или происходит синхронно, но параллельно и в одном объекте, так что можно расслоить фотографическое и нефотографическое (но лучше этого не делать, а воспринимать изображение в двойном режиме). Можно называть это альтернативной фотографией, но мне не нравится оттенок дизъюнкции в слове «альтернатива». Как будто поставлена под сомнение другая возможность фотографирования. Можно сказать: нечто, большее, чем фотография. Но это претенциозно. Разве что понимать «больше» в количественном смысле. Тогда – да: фотография + живопись, фотография + графика, фотография как объект фотографии. Наконец, фотография + разнообразные условия ее постфотографического бытия. Например, инсталлирование или фотокнига.
Я подумала, что Сергей Жатков занимается пост-фотографией, когда  он в ноябре 2014-го стал развешивать в Выставочном зале на Цвиллинга свои фотографии, как простыни, поднимать, как паруса, вырезать, как детские картинки, расставлять посреди зала живописными группами и прокладывать горизонтально, как дорогу, вдоль которой можно идти довольно долго, если не спешить. Идти, следить, как меняется линия горизонта, встречать там и сям вечерние огни деревень и снова различать дорогу, смутно белеющую под ногами. Размеры фотоотпечатков при этом были грандиозны, как простыня, парус или ландшафт. Фотоизображение разрасталось перед тобой  почти пугающе, окутывало и вбирало целиком. Причем, это не метафора. Когда свободно расположенное в пространстве фотоизображение имеет такие размеры, оно неизбежно воспринимается как круглая скульптура, так что смотришь ее уже не только фронтом, но и затылком, и лопатками, и коленными чашечками.
Экспериментировать с инсталлированием фотографий в Челябинске не слишком-то принято. Но в остальном мире процесс идет. По-моему, это ответ на  девальвацию фотоизображения . За сто с лишним лет титанических усилий великие и просто хорошие фотографы сделали все: классифицировали фотогенические объекты, разработали жанры, нашли лучшие варианты съемки лиц, тел, раковин, деревьев, дорог, водных поверхностей и т. д., изобрели тысячи технических приспособлений и составили тысячи рецептов, приручили свет во всех его проявлениях… А потом появились цифровые «мыльницы», фотофорумы и соцсети.
То, что я назвала пост-фотографией – на самом деле попытка вернуть фотографии ее ценность и влияние. Превратить ее из цифрового призрака в реальную вещь. Вещь в надежном феноменологическом смысле.


Хосе Рамон Бас. Экспозиция выставки, 1994.

Хосе Рамон Бас. Экспозиция выставки, 1994.
Наама Арад. Экспозиция выставки.

Наама Арад. Экспозиция выставки.

Питер Х. Бёрд. Жирафы в мираже в пустыне Тару Кения, 1960.

Мирослав Тихий. 1970-е.


 
Алексей Белов. Жидкая эмульсия Масо на рисовой бумаге, 2008.



Галина Москалева. Из проекта “Воспоминания детства”, 1989-1998.


Собственно традиционная фотография, исчерпанная одной экспозицией и гомогенная по всему полю снимка, Жаткову не чужда.


С. Жатков. Сыростан. 2015.

С. Жатков. Сыростан. 2015.(фрагмент)


С. Жатков. Сыростан. 2015.
С. Жатков. Сыростан. 2015. (фрагмент)

С. Жатков. Корни.

С. Жатков. Берег.


Но мне кажется, ему интереснее то, что можно сделать с фотографией после ее, так сказать, рождения. Ее дальнейшая, полная разнообразных возможностей  жизнь. 

Фотография может сама стать фотографическим объектом, вещью и при этом со следами бурно прожитой жизни: заломами, разрывами, царапинами.

С. Жатков. Из альбома "Фонтаны Рильке", 2014.




Фотография может стать поверхностью, на которую ляжет реальная вещь – снег, цветок, медная пуговица – и в новом экспонировании получить второе существование.


С. Жатков. Из альбома "Фонтаны Рильке", 2014.
С. Жатков. Из альбома "Фонтаны Рильке", 2014.












Фотография может стать одним из нескольких слоев изображения, смешанного по технике, и  превратиться в персонажа истории более сложной, чем ее собственная скромная моно-история. 

В любом из этих случаев фотография, однажды уже родившись как фотография (фотопортрет Рильке, напечатанный в книге, фоторепродукция картины Да Винчи, бумажная ленточка кадриков из фотоавтомата, снимки из архива самого фотографа или кадры, снятые им специально для проекта)  теперь только начинает жить деятельно, вдумчиво и разнообразно.




С. Жатков. Из книги "Хазарский словарь", 2014.

С. Жатков. Из книги "Хазарский словарь", 2014.

С. Жатков. Из альбома "Фонтаны Рильке", 2014.

С. Жатков. Из книги "Хазарский словарь", 2014.

С. Жатков. Из книги "Хазарский словарь", 2014.

С. Жатков. Из альбома "Фонтаны Рильке", 2014.

С. Жатков. Из книги "Хазарский словарь", 2014.

С. Жатков. Из книги "Хазарский словарь", 2014.




































































Что до меня, то этот способ объективировать фотографию позволяет мне выйти за ее пределы, не теряя, однако, ее из виду и как бы со стороны, обновленным зрением увидеть фотографию как таковую, в первоначальной неотразимой материальности. Словно это дагерротип или первая фотография Ньепса на медной доске, покрытой асфальтом и лавандовым маслом.



Продолжение следует.






Комментариев нет:

Отправить комментарий

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.