пятница, 6 ноября 2015 г.

Абстрактная фотография. Екатерина Анзылова






Кажется, что снимать абстракции  несложно. Достаточно убрать предметность любым способом: нерезкостью, движением камеры в момент съемки, оптической деформацией, съемкой «в лоб» источников света, макросъемкой объектов, так что от них остается только фрагмент эпителия, а форма, функция и признаки исчезают за кадром.
   
 
Екатерина Анзылова. 2015
 
Екатерина Анзылова, 2014

Так, должно быть, куда легче снимать, чем вот так:


 
Флор Гардуньо. Какао, 2000.

Флор Гардуньо. Корзина света, 1989.

Флор Гардуньо. Элегантный лист, 1998.



Возражение, что фотографии Екатерины Анзыловой и фотографии Флор Гардуньо принадлежат к разным художественным направлениям, не годится, потому что ничего не объясняет. И в прямой фотографии, и в абстрактной достаточно много эпигонов, дилетантов, людей с плохим вкусом и плохим взглядом. Принадлежность к «направлению» не спасает. Но я сравниваю двух  хороших фотографов, и понимаю, что хорошая абстракция ничуть не проще хорошей  предметной фотографии.
«Прямому» фотографу в каком-то смысле даже легче. Он меньше рискует. Многое за него решают сам привлекательный объект, свет, выставленный так, чтобы обнаружить мельчайший рельеф на поверхности объекта и заставить объект светиться. На это есть свод правил. Многое решают объектив и пленка. На это тоже есть солидные руководства.
Для абстрактной фотографии руководства нет и быть не может. Ее ненормативная эстетика коренится в двух сферах: в чистой фотографической возможности (возможности аналоговой или электронной записи света) и в чистой теории восприятия.  Так что если прямая фотография имеет дело с поверхностью освещенных вещей, прописанной острыми бликами и мягким сиянием, абстракция извлекает красоту из самих бликов и сияний. Если предметная фотография радует нас живыми красками растительности, живых организмов и неорганической природы, абстракция делает своим персонажем чистый цвет, не принадлежащий ни цветам, ни телам, ни ландшафтам.

И здесь уже важны не (не только) мастерство фотографа и класс снимающей камеры, а способность поддерживать отношения с гением чистой фотографии. Ну, и вкус, конечно, и художественное чутье. Они позволяют безошибочно выбрать из серии в 20-50 снимков три-четыре отличных.


 
Екатерина Анзылова, 2015.
Екатерина Анзылова, 2015.

Екатерина Анзылова, 2015.
Екатерина Анзылова, 2015.

Екатерина Анзылова, 2015.

Екатерина Анзылова, 2015.

Екатерина Анзылова, 2015.


Беспредметное и предметное видение – две различные радости, и нам знакомы обе. И в детстве, наверное, у нас первое  было развито сильнее, поскольку оно первоначально. С возрастом мы привязались к предметам. Но наша метафизика по-прежнему откликается на абстракцию, как наше чувство ритма откликается на музыку.

Есть, на мой взгляд, два способа уклониться от существа абстрактной фотографии:
а) «примысливать» к ней образы собственной фантазии или памяти, возникающие ассоциативно;
б) интерпретировать ее как абстрактную живопись.

И то, и другое неверно. В первом случае мы разрушаем образ, отталкиваемся от него, уходя в собственные выдумки. Во втором случае мы не учитываем предметности абстрактной живописи: материю красочных потеков и сгустков, жест художника, оставивший след на холсте или бумаге. Для абстрактной фотографии нужны иные интерпретанты. Более объективные и менее материальные.

Жиль Делез называл сходные образы в кино «опсигнумы» - образы, предназначенные для видения, а не для узнавания. И, на мой взгляд, фотографии Екатерины не менее (если не более) сильны, когда видение и узнавание совмещены, но не слиты, не служат друг другу, а доставляют нам удовольствие сами по себе: и предмет, и способ его видения; и конкретность, и метафизический способ ее существования в оптической материи.

Екатерина Анзылова, 2015.

Екатерина Анзылова, 2014.

Екатерина Анзылова, 2013.



Екатерина Анзылова. Хельсинки, 2014

Екатерина Анзылова. Хельсинки, 2014
Екатерина Анзылова. 2015.


Екатерина Анзылова. Таллинн, 2014.

Екатерина Анзылова. Монохром 2013.



Екатерина Анзылова. Хельсинки, 2014

Екатерина Анзылова. Хельсинки, 2014



Екатерина Анзылова. Хельсинки, 2014

Екатерина Анзылова, 2013.

Екатерина Анзылова, 2013.



Екатерина Анзылова, 2014.

Екатерина Анзылова живет в Санкт-Петербурге. Принадлежит творческой группе «Give Me T», куда входят уже известные читателям этого блога фотографы-абстракционисты Михаил Тормаков (Санкт-Петербург), Кира Малкова (Владивосток), Ольга Лян (Сеул).

Источник:



http://vk.com/anzilova






























































Комментариев нет:

Отправить комментарий

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.